Прадед и правнук: Марк Сергий Сил и Луций Сергий Катилина

Аннотация

Марк Сергий Сил и Луций Сергий Катилина являются наиболее известными представителями патрицианского рода Сергиев. Их репутация резко контрастирует: если Сил, по мнению Плиния Старшего и Солина, является самым доблестным воином в истории Рима, то Катилина — едва ли не главный злодей. Важно не только выяснить, насколько справедлив закрепившийся в античной традиции антагонизм, но и проанализировать, каким образом потомок задействовал в своей политической пропаганде личность предка. Первая проблема отчасти затрагивалась в научной литературе, посвященной Сергию Силу (исследователи констатировали ряд схожих черт), вторая не ставилась совсем. Катилина хорошо знал о героических деяниях прадеда благодаря памяти, сохранявшейся римским обществом и поддерживавшейся представителями gens Sergia. Важным свидетельством этого служит, в частности, чеканка в конце II — начале I в. до н.э. серебряного денария с изображением Сила. Прадеда и правнука сближали физическая выносливость, сила духа, упорство, авантюристические черты характера. Допустима гипотеза, что Катилина с юности подражал Силу. В политической деятельности обращение к личности героя осуществлялось различными способами. В 64 г. до н.э., конкурируя с Цицероном и представителями нобилитета, Катилина традиционно апеллировал к древности своего рода и благодеяниям предков народу. В 63 г. до н.э. на первый план должно было выйти обращение к Марку Сергию как к человеку, который преодолел сопротивление соперников и достиг вершины власти. Античные авторы (Плиний, Солин) сформулировали главный критерий сравнения двух Сергиев — преследуемая ими цель: прадед верно служил согражданам, интересам отчизны, тогда как правнуком двигало эгоистическое честолюбие, сделавшее его врагом свободной res publica. Если устранить фактор целеполагания, выявится огромное сходство Сила и Катилины, которое не могло не осознаваться заговорщиком. Его личность обретает многомерность. Становится возможным отказаться от клише захудалого аристократа, жившего воспоминаниями о былой славе рода. Картина политической жизни 60-х гг. до н.э. становится более сложной.